«Белые каски», черный дым: что будет с Сибаем?

Директор УГМК не дал ответов, которых ждали от него сибайцы

Когда 11 декабря все башкирские СМИ забили тревогу: Сибай утопает в смоге, а администрация отмалчивается о причинах, никто и не думал, что ситуация не разрешится даже к началу весны.

Интересно, что чем дальше и глубже уходит повествование истории, тем меньше хочется искать виноватых: очевидно одно – легко и просто уже не будет.

Мы, конечно, не в театре (хотя иногда кажется, что да), но звоночков было три. Первый: когда мэр города Рустем Афзалов спрятался от местных жителей, поднявших небольшую революцию, за горшками с цветами в администрации города. Вторая – когда тот же мэр назвал «козлом» и «экскрементом» одного из организаторов движения за «спасение Сибая», третий прозвенел совсем недавно – с приездом генерального директора УГМК (компании, в которую входит Сибайский ГОК) Андрея Козицына и врио главы республики Радия Хабирова.

По пути, в фойе «театра» попадалось разное: «политиканы» и общественники, фальшивые и настоящие диагнозы, федеральные журналисты и инфоповоды, взятые из воздуха. Но обо всем по порядку.

Почти круги Данте, но круче

Начнем с того, что Сибай своим появлением, собственно, карьеру и обязан. Месторождение было открыто в 1913 году, а спустя двадцать лет началась его разработка. С тех пор в сибайском карьере добывают шахтным способом медно-цинковый и медно-серный колчедан. Кстати находясь на краю карьера, дна не видно, как и не видно того, что происходит между 400 и 500 метрами – тления, из-за которого в воздух выбрасываются вредные вещества. И началось это не 11 декабря.

Как признал 27 февраля на встрече с местными жителями Андрей Козицын, еще 15 ноября 2018 года возникла окислительная реакция и началось горение серы в части карьера. Напомним, закончилась его эксплуатация Сибайским медносерным комбинатом в 2003 году. Так вот сера загорелась на отметке минус 400 метров, имеются два очага возгорания – южный и северный.

Кстати, если верить Гуглу, однажды башкирский писатель сравнил рельеф карьера с кругами ада, описанного у Данте Алигьери. Как в воду глядел.

На встречу с Козицыным пришли активисты и просто местные жители

Мэрское дело

15 ноября – 11 декабря. То есть почти месяц было известно о произошедшем, но ни регулярных отчетов о ПДК, ни информирования сибайцев о возможных планах действия администрации мы так и не дождались. Спасло только «ручное управление» Хабирова – после его неоднократных визитов в Сибай наладился мониторинг ситуации, но даже тяжелая рука руководителя не уберегла мэра от неосторожных высказываний в адрес разъяренных горожан.

Мэра не сняли, и это решение абсолютно логичное: в таком хаосе не хватало только управление полностью сменить, чтобы новый человек с ума сошел от непонимания ситуации и еще месяц «врубался» в происходящее. Но на оперативном совещании в правительстве Хабиров непрозрачно намекнул, что как только все закончится, к гадалке не ходи, у Сибая будет новый мэр.

Высказывания мэра Сибая вызвали резонанс на федеральном уровне

Об эвакуации замолвите словечко

26 февраля на одной из улиц города, Нуриманова, зафиксировали превышение в 22.8 раза. Часть местных жителей эвакуировали на Белова, где тоже, кстати, были превышения, от 1,5 до 4 раз. Происходящее вполне объяснимо химическими процессами: карьер подтопили на 40 метров, соответственно, с паром стали выходить и вредные вещества в большем количестве. Но подтопление карьера будет идти весь март, теперь уже минимум до 26 марта - то есть ровно месяц; может целесообразнее на месяц провести эвакуацию по всем стандартам?

Но это и есть настоящий камень преткновения. Что такое эвакуация по стандартам МЧС? Это быстро, без «размусоливаний» и опросов. Эвакуация всегда проводится при быстротечных чрезвычайных ситуациях при недостатке времени. Вам разрешат с собой взять документы, деньги, немного продуктов и сесть на трансфер до сборного пункта.

О превышении ПДК спасатели сообщают каждую неделю

То, что сейчас происходит в Сибае, - некачественные подворовые обходы и добровольная посадка двух желающих людей на автобус до улицы Белова – это не эвакуация.

Так может, ну его, эту эвакуацию, может проблему раздувают псевдообщественники из Уфы, а сибайцы довольны? Нет. «Администрация ведут себя хуже фашистов», «мы как в зоне для проведения опытов», «я потеряла надежду, что ситуация наладится», «мое бездействие меня бесит» - в любой сибайской группе, особенно в «Сибай, дыши» «ВКонтакте» десятки людей, никаких не ботов пишут сообщения в панике.

Так вот, не уфимцы это нагнетают. Поставьте себя на место сибайцев. Я бы давно снесла все двери во всех администрациях, схватила детей и уехала к тетке на север. Потому что узнаем мы о последствиях ПДК через годы, а спасти себя от них можно только сейчас, не потом.

Активисты в «белых касках»

Андрей Козицын, гендиректор УГМК холоден, расчетлив, по-своему прав:

- Белые каски – вам хорошо подходит (активистам – ред.). Почему-то вы забыли, что любое действие предприятия не может быть без согласующего документа Ростехнадзора. Все, что делается УГМК, контролируется и мониторится. Взрывы - это опытная работа института «Уралмеханобр». Сибайский филиал УГОК добычей в карьере не занимался. Мы имеем отношение к карьеру – он находится в составе горного отвода, по которому мы работаем.

Собственно, это чистая правда, насколько она позволительна коммерсантам. У них – свои рамки.

Тем более, что многие пытались набрать «политические очки» на теме Сибая – так, одна общественница Диана Демидова заявила, что у нее отек легких, когда в больнице поставили «пневмонию», после чего не стала госпитализироваться, а отправилась собирать подписи и продолжать писать посты в социальных сетях. Ни в коем случае не хочу обвинить ее. Но такие «распятые мальчики» сеют смуту и когда прилет день первого реального диагноза, ему просто не поверят.

Диагнозов и не будет

Многие врачи, опасаясь появления своих имен в СМИ и социальных сетях, говорили одно и то же: сейчас страшных диагнозов объявлено не будет. И это не умалчивания, нет. Возможны обострения ОРЗ и ОРВИ, бронхиты и пневмонии, но реальные последствия фиксируются даже не через месяц или два, через годы. Поэтому нелепо как обвинять медиков в том, что они не признают «отеки легких», так и уповать на то, что через 5, 7, 10 лет таких диагнозов не появится. Последствия, уверены экологи, будут, но просчитать их сейчас невозможно.

- С 26 декабря болеем, почти два месяца. Диагноз не ставят. Лечат супрастином и антибиотиками. Вчера была в больнице, она переполнена - там карантин по ОРВИ. Но ОРВИ так не лечится. Как мне доказать в суде, что мы болеем из-за выбросов?, - спрашивает во время встречи с Козицыным и Хабировым местная жительница.

Полноценной эвакуации нет и не предвидится

Радий Хабиров посоветовал поехать в уфимскую РДКБ, чтобы уточнить диагноз. Но в общем и целом, скорее всего, первоначальный диагноз правильный. Последствия будут. Но будут не сейчас. Наверное.

- Внучка шестилетняя у меня, вызывали скорую помощь. Резко из носа кровь пошла. Такого никогда не было. Приехала врач и сказала: "Ну мы все этим воздухом дышим". Она говорит: «Мы всем ОРВИ ставим». Мы в Магнитогорске сняли квартиру и отправили ее туда, - продолжает тему во время трансляции еще один местный житель.

Кстати, группа уфимских врачей (проживающих так, к слову, за чертой Сибая) должна была покинуть город 1 марта, но по решению Радия Хабирова они останутся до 15 марта.

Недвижимая недвижка

Тем временем, уже порядка 1600 человек состоят в группе «ВКонтакте» «Вынужденные переселенцы. Сибай» . Местные жители пытаются продавать жилье, снять, ищут временное бесплатное жилье, а некоторые пакуют вещи навсегда и уезжают в Магнитогорск – ближайший большой город, где можно найти работу. Многие неравнодушные представляют нуждающимся свои дома:

-Есть большой дом в Белорецком районе в 25 км от города, деревня находится на трассе Баймак-Белорецк (Рысыкаево),печное отопление ,трубы, колонка в двух шагах,сдаем бесплатно, - пишет Динара Султанова.

Многие уже уехали. Но как перевозить пенсионеров? Никак.

-Я сама уфимка. Родители из Сибая. Они ни в какую не хотят переезжать. Говорят, будут умирать там, где родились. У них там все – дом, скотина. Нет, бесполезно даже предлагать.

И подобные точки зрения я слышала от многих. И они понятны более чем.

Семья Гарватовых всерьез подумывает уехать из Сибая

Фото: Павел КРАЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП

Дальше – больше?

На момент написания статьи, сейчас 27 февраля 16.57 по уфимскому времени, превышение на улице Нуриманова составляет уже в 36 раз больше нормы, тогда как вчера было 22.8 раза. Очевидно, что чем интенсивнее проходят работы по подтоплению карьера, тем выше процент выбросов. Какую цифру должны показать счетчики (которые сибайцы купили и установили на собранные средства), чтобы стала очевидна критичность ситуации?

К слову, «Хабиров и Ко», критичность ситуации понимают. И как это видится, со своей стороны они направляют на разрешение проблемы бешеные ресурсы (по меркам чиновников, разумеется). Эта история немного напоминает противостояние по Шиханам с «БСК». Государство вроде как старается, но пути коммерсантов неисповедимы и никогда не знаешь, сколько еще сил и капель в океан потребуется влить, чтобы результаты стараний оказались заметными.

Тут вспоминаются талоны на молоко, которые предложила ввести местная жительница:

- Андрей Козицын, вам будет незатратно быть спонсором для нашего Сибая. Дети уехали в санатории, а пенсионеры остались здесь. Сделайте, пожалуйста, доброе дело. Мы помнить будем, что вы есть у нас.

А вот и ответ:

- Я не спонсор, я не приехал тут деньги раздавать. Приехал ликвидировать аварию на предприятии. В феврале мы потратили 91 млн рублей, в марте - 134 млн. Это наши прямые затраты, убытки Сибайского ГОКа. Я не спонсор.

Хабиров и Козицын осмотрели тлеющий рудник

А может надо бы и раздать?

Вот это вопрос всех вопросов. Компенсацию каждому по 10-20-30 тысяч – нельзя, проедят и пропьют, дать всем жилье – слишком дорого, «подарить» городу помимо 200 обещанных миллионов на благоустройство еще столько же и раз десять – неплохая идея, но дорого и все равно на новый Сибай не хватит.

В чем суть – сибайская проблема 100% техногенна, значит, с коммерсантов можно и нужно держать спрос. Но ни Хабиров, ни местные жители не могут схватить Козицына за запонки на рубашке и вытрясти с него эти миллионы. Потому что что? Правильно, любое действие предприятий невозможно без разрешения Ростехнадзора и решений суда. А значит, затянется история надолго и сентябрь – месяц выборов – переживет. Осталось пережить этот месяц всем остальным.

Четырехугольник непонятной формы

Вот и получается у нас странный многоугольник: с одной стороны – местные жители, не понимающие, что хуже – последствия для здоровья или оставления родного дома; республика, которая, конечно, хочет быстрее найти компромисс и пойти готовиться к выборам; УГМК со своим гендиректором, стремящимся сохранить деньги «в домике», и четвертая «власть» - СМИ, общественники, просто неравнодушные с разными амбициями.

И все-таки хочется верить, что самая частотная из амбиций – просыпаться с пониманием: на твоей родной земле все хорошо, нигде не болит и дует ветер добрых перемен.