Гитлер мечтал разбомбить радиостанцию в Уфе

Гостиница «Башкирия» в годы войны. Здесь жили лидеры европейских компартий

«Говорит Москва! От Советского информбюро. Войска Краснойармии нанесли сокрушительный удар фашистским захватчикам…».

Примерно так в начале сороковых начинались новости по радио для слушателей Европы (если, конечно, перевести на русский). Но мало кто знал, что вещание на самом деле велось из Уфы. С октября 1941 по май 1943 года в Уфе находился исполком Коммунистического Интернационала (Коминтерна). Эта организация объединяла компартии разных стран, и главной ее задачей было, пропагандировать идеи коммунизма, а в годы войны еще и вести антифашистскую агитацию.

Европейцы спали на полу

Для работы Коминтерну предоставили здание Дома пионеров на углу улиц Ленина и Революционной (Ленина, 61, где сегодня расположен Уфимский авиационный техникум). Членов исполкома поселили в гостинице «Башкирия» и в домах на улицах Ленина, Пушкина и Советской – недалеко от места работы.

Среди них были такие легендарные личности, как лидер итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти, генсек компартии Испании Долорес Ибаррури и французский коммунистический деятель Морис Терез.

Руководители Коминтерна в Уфе (слева направо): чехи Ян Шверма и Клемент Готвальд, финн Копелуки.

Как отмечает в своей книге «Глубокий тыл» писатель-краевед Сергей Синенко, больше всего европейские гости сетовали в Уфе на комфорт и отсутствие привычной пищи:

«В огромном гостиничном номере не было сначала ни кроватей, ни матрацев. Лежать приходилось прямо на полу. Между двух французских публицистов спал Кастро, испанский революционный стратег, а в его ногах – секретарь объединенной социалистической молодежи Каталонии,… спавший почему-то на красном знамени своей федерации».

Городские власти все же умудрились обеспечить голодных иностранцев спецпайком: были там и мясо, и птица – тогда эти продукты были недоступны простым уфимцам даже по карточкам. Довольные французы и испанцы уплетали за обе щеки. А итальянцу кусок в горло не лез, Тольятти все время повторял – мол, надо ведь сперва разгромить Муссолини.

«Он ограничивал себя лишь молоком, хлебом и зеленым недозрелым кофе, который сам поджаривал на старой ржавой сковородке. Только с наступлением лета сорок второго года Тольятти стал иногда питаться, как цивилизованный человек: жена журналиста Церетти готовила ему спагетти и цыпленка».

Спустя много лет дочь Долорес Ибаррури Амайя вспоминала о годах, проведенных в Уфе:

- Хороший город. Мы жили довольно долго. Конечно, было холодно. Но к нам относились очень хорошо. И мы просто благодарны всем людям этой республики, потому что в трудный момент они нас поддержали.

Аэрофотосъемка радиовышек в Глумилино, сделанная немцами. Место, помеченное буквой «А» - примерно здесь сейчас ТЦ «Планета».

Оборудование эвакуировали из Подмосковья

Коминтерновцы готовили статьи для своего журнала, но главным инструментом их пропаганды было радио. В условиях строгой секретности из Электростали (Московская область) в Уфу эвакуировали радиостанцию РВ-1, которая была на тот момент самой мощной в Европе.

Оборудование установили в здании бывшего лесного техникума в Глумилино, рядом водрузили четыре трансляционные вышки (две 70-метровые и две 150-метровые) из сверхпрочной стали. Все это хозяйство, занимавшее 100 гектаров, круглосуточно охранялось. А само вещание велось из Дома связи на улице Ленина (ныне здание Главпочтамта), к которому за сутки проложили многокилометровый кабель.

Радио Коминтерна вещало на Центральную и Западную Европу на 18 языках. Были передачи на русском языке, которые всегда начинались с фразы «Говорит Москва». Хотя на самом деле диктор в это время сидел в Уфе.

Мешали выступать фюреру

Дикторы всегда работали в прямом эфире – такая техническая новинка, как магнитофон, в ту пору была только у немцев. А вот тексты готовились заранее, их тщательно редактировали перед зачиткой. Правда, не всегда.

«Узнав заранее о готовящемся выступлении Гитлера, самый мощный передатчик настраивали на частоту,по которой немецкое радио транслировало его речь. Немецкий сотрудник радио Коминтерна надевал наушники и внимательно слушал выступление.

Как только между предложениями возникала пауза, включал передатчик Коминтерна и посылал в эфир издевательские реплики в адрес Гитлера».

Кстати, к приемникам, которые продавались в Германии, прикреплялись таблички с предупреждением: «Слушание зарубежных радиостанций является преступлением. По приказу фюрера оно карается тюремным заключением строгого режима».

Фашистам чрезвычайно важно было разнюхать, где же дислоцируется «Московское радио». По некоторым данным, им это удалось. В 2012 году в Интернете появились кадры аэрофотосъемки, сделанной немецкими самолетами-разведчиками во время войны. Есть там и несколько снимков Уфы – фашисты зафиксировали важнейшие стратегические объекты: радиовышки Коминтерна, моторостроительный завод, вокзал, аэропорт.

А уже в 70-80-е годы радиовышки в Глумилино использовались в качестве «глушилок» - чтобы уфимцы не могли слушать «вражеские» «Голос Америки» и «Би-Би-Си». В 2007 году мачты взорвали. Сейчас на этом месте торговый центр «Планета».

Школа разведчиков в Кушнаренково

А в Кушнаренково у Коминтерна была секретная школа разведчиков – их готовили для заброски в оккупированные страны Европы. Одним из ее учеников был будущий начальник Главного управления разведки ГДР Маркус Вольф. Власти Западной Германии говорили, что он принес спецслужбам ФРГ вреда больше, чем бронетанковая дивизия. А о кушнаренковском эпизоде своей жизни много лет спустя Вольф вспоминал: «Каждый из нас получил псевдоним, нам строго напоминали о необходимости обращаться друг к другу только по новым именам. Я был назван Куртом Ферстером... Для подготовки к будущей нелегальной работе нас обучали обращению с ручным огнестрельным оружием, со взрывчатыми... Мы, курсанты, сдружились. Я не только познакомился с прелестной Амайей, дочерью легендарной Долорес Ибаррури, и сыновьями Тито и Тольятти, но и влюбился в Эмми Штенцер, дочь депутата рейхстага».

За два года до смерти, в 2004 году, 81-летний Вольф снова посетил Башкирию. Побывал он и в Кушнаренково, но здание школы разведчиков к тому времени не сохранилось.