
Месяц назад жизнь 30-летней Айсылу Рязаповой из Буздякского района Башкирии разделил на «до» и «после» страшный диагноз. Молодой женщине пришлось в буквальном смысле пробиваться к врачам, добывать направления на анализы и столкнуться с тяжелой аллергией на препараты, чуть не стоившей ей жизни. Сейчас ей требуется дорогостоящие диагностика и лечение за границей. Айсылу рассказала «КП-Уфа» о том, с какими трудностями столкнулась, как протекает заболевание и почему она так нуждается в помощи неравнодушных людей.
НЕ МОГЛА ДОЙТИ ДО ВРАЧЕЙ
Жизнь Айсылу была самой обычной: муж-вахтовик, две дочки 8 и 10 лет, заботы по хозяйству. По ночам она работала дистанционно в чате поддержки, а днем занималась детьми, убиралась и готовила. Также Айсылу училась онлайн, осваивала профессию социального работника. Когда семья переехала из Уфы в деревню Киска-Елгу (купили там дом), прибавились еще хлопоты с ремонтом. Не было особо времени заниматься собой и своим здоровьем.
– В ноябре прошлого года я заметила в области подмышки какую-то шишку, – вспоминает Айсылу. – Подумала, может, из бани когда выбегала, застудила. До врачей все не могла дойти: муж на вахте, дел куча, детей нужно туда-сюда возить, машина старенькая. Вот так все откладывала.
Еще в городе Айсылу прошла полное обследование организма. Врачи тогда сказали, что все хорошо, дали рекомендацию проверять грудь периодически. Но за всеми хлопотами наставления врачей забылись.

СТРАШНЫЙ ДИАГНОЗ
В мае 2026 года молодая женщина обратила внимание, что шишка как будто увеличилась.
– Мы были в гостях у мамы, а она - медицинский работник, поэтому сразу насторожилась, - рассказывает Айсылу. – Отправила меня на УЗИ, там сходу сказали, что это онкология. Потом я платно прошла консультацию онколога, он тоже сказал, что это рак. Так начались мои больничные будни.
16 июня пришли результаты биопсии, которая показала, что у молодой женщины - гормонозависимый быстрорастущий агрессивный рак молочной железы 3 стадии. А та самая «шишка» в подмышечной области - это метастаз.
Врачи клиники сразу направили Айсылу на операцию, но она решила проконсультироваться сразу у нескольких специалистов. Они-то и объяснили, что при таком агрессивном течении болезни операцию сразу не делают.
– Я была на консультациях у нескольких онкологов, в том числе и питерских. И все они сказали, что операцию сразу делать нельзя. А мне даже никакое лечение врачи не назначили тогда. Следующий прием в больнице должен был быть только через две недели, но у меня каждый день уже был на счету.
Все дело в том, что для назначения правильного лечения при раке молочной железы недостаточно результатов биопсии, нужен еще один анализ, чтобы узнать рецепторный статус рака. Он выявляет наличие на клетках опухоли определенных рецепторов, и от этого зависит, будет ли опухоль реагировать на таргетные препараты, которые прицельно действуют на молекулы раковых клеток. Пока дожидались результатов анализа, Айсылу назначили химиотерапию.
«ПРОСНУЛАСЬ ОТ ТОГО, ЧТО НАЧАЛА ЗАДЫХАТЬСЯ»
– После первых двух курсов «химии» все было хорошо, только печень начала давать слабину, - рассказывает женщина. – Но врачи никаких конкретных назначений не давали, мне все приходилось у них самой выспрашивать.
10 июля Айсылу приехала на третий курс химиотерапии. Накануне она плохо спала, мучали головные боли, а обезболивающие облегчали состояние лишь на пару часов.
– После процедуры вечером я легла спать, а проснулась от того, что начала задыхаться. Сначала запершило в горле, потом чувствую: не могу дышать, а затем ноги свело судорогой. Рядом со мной всегда была медсестра. Я только успела ей сказать, что мне плохо, и дальше как в тумане.

Айсылу отвезли в больницу, где ее состояние стабилизировали, а потом снова отпустили домой. Оказалось, что у нее случилась острая аллергическая реакция на препарат для «химии». Врачи сказали, что лечение будут пересматривать, но новый курс нужно ждать еще 3 недели. А потом выяснилось, что сданный уже месяц назад материал для анализов так никуда не уехал.
– Как такое возможно! – в отчаянии говорит Айсылу. – Говорили, все будет готово в течение двух недель, а уже месяц прошел! Мы до сих пор не знаем статус опухоли, а это самый важный момент для назначения правильного лечения.
«Я ХОЧУ ЖИТЬ И ВИДЕТЬ, КАК РАСТУТ МОИ ДОЧКИ»
Сначала Айсылу рассматривала вариант лечения в Санкт-Петербурге, но быстро отказалась от этой идеи: система та же, препараты одинаковые, результат, скорее всего, тоже. Поэтому она стала искать возможности диагностики и лечения за рубежом и нашла клинику в Турции.
– После такой тяжелой аллергии я боюсь лечиться нашими препаратами, – признается молодая мама. – Мне здесь и обследования еще не все сделали. У меня постоянные головные боли, а голову мне даже никто не проверял. Брюшную полость проверили, там все чисто. А вот рядом с легкими есть единичное образование, но что это такое – метастаз или нет, никто из врачей не ответил. У меня нет столько времени ждать и разбираться. Каждый день ожидания может стоить моей жизни.
В клинике в Турции врачи готовы в течение первой недели провести все необходимые обследования и сразу начать лечение. Но все упирается в деньги. По предварительным расчетам, диагностика, включающая дополнительные обследования, лечение и проживание, обойдется около трех миллионов рублей. Сумма примерная, так как не удалось выявить статус опухоли, а от этого напрямую зависит стоимость лечения. Окончательная о всех расходах будет известно после обследования.

Муж Айсылу был вынужден уволиться с работы, так как жене постоянно нужна помощь, да и за детьми надо присматривать. Также семья обратилась за помощью в благотворительный фонд, а подруги уговорили открыть сбор среди неравнодушных жителей Башкирии.
– Я долго не могла решиться, в жизни ни у кого ничего не просила, – признается Айсылу. – Но выхода нет, у нас просто нет таких накоплений. Мне очень страшно. Я не знаю, что будет дальше, но очень хочу жить. Хочу видеть, как растут мои дочки, обнимать их, радоваться их успехам. Хочу, чтобы у них была живая и здоровая мама
Если вы хотите помочь Айсылу получить шанс на выздоровление, свяжитесь с ней по номеру 8(905)3545297, и вам подскажут, как это можно сделать.