Три года назад в башкирском интернате погиб 12-летний мальчик. Приемная мать обвиняет сиделку в его убийстве и всё это время пытается добиться справедливости

Убитая горем мать требует провести повторное расследование и привлечь к суду всех, кто мог быть замешан в преступлении. Фото: личный архив героини публикации//telegram.org/k/#@serafimddi

В январе 2022 года в Серафимовском интернате для детей-инвалидов было обнаружено бездыханное тело 12-летнего Эрнста Гайфуллина. Причиной смерти недееспособного мальчика тогда назвали несчастный случай. Якобы ребенок случайно сам себя задушил простыней, которой его «обездвижила» сиделка в туалете, в то время как сама она ушла в служебную уборную.

Долгое время следственные органы не находили состава преступления в этой истории. Чтобы добиться возбуждения уголовного дела, приемной матери мальчика пришлось пойти на немыслимое – эксгумацию его останков. На сегодняшний день в суде рассматривается уголовное дело о халатности той самой сиделки, но убитая горем женщина и ее адвокат требуют направить его на новое расследование.

В итоге прошло уже 3 года со дня смерти мальчика в стенах интерната для детей-инвалидов, а точка в этом деле до сих пор не поставлена. Подробностями своей семейной трагедии с «КП-Уфа» поделилась мама Эрнста Раиса Гайфуллина.

КАК ОКАЗАЛСЯ В ИНТЕРНАТЕ?

Как вспоминает Раиса, своего приемного сына Эрнста она забрала из роддома №4 в Уфе. В то время, в 2009 году, женщина приняла решение усыновить ребенка, а тут как раз знакомые медики рассказали о малыше, от которого отказалась биологическая мать. Уфимка с первого взгляда всем сердцем полюбила мальчика и сразу же оформила над ним опеку. Тогда врачи говорили, что он полностью здоров.

- Через год выяснилось, что он болеет, начались приступы эпилепсии. После этого буквально два года подряд мы жили в больницах. Выпишут нас, несколько дней дома, и опять на скорой помощи обратно в больницу. Потом я стала сына возить по крупным федеральным медицинским центрам, где ему лекарства подобрали. Приступы удалось купировать, - вспоминает со слезами на глазах Раиса.

За больным ребенком нужно было постоянно ухаживать, а денег нанять сиделку у женщины не было. Пришлось Раисе, к тому моменту уже находившейся на пенсии, вновь выйти на работу. Жила она в однокомнатной квартире с престарелой матерью, без мужа. Но эти трудности не сломили ее любовь к сыну.

На фото: маленький Эрнст и пожилая мама Раисы Гайфуллиной. Фото: личный архив героев публикации

- Никакого материнского капитала или каких-то выплат я никогда не получала. Я обыкновенная труженица, никаких капиталов у меня не было. Приходилось брать миллионные кредиты, чтобы возить Эрнста в другие города на операции. За все это время мне никто не помог, хотя я обращалась, в том числе, в благотворительные фонды. В какой-то момент махнула рукой и решила, что как-нибудь мы с ним проживем. Вынужденно снова вышла на работу, чтобы кредиты выплачивать, - вспоминает Раиса Гайфуллина.

Со временем ей пришлось определить ребенка в Серафимовский интернат для детей-инвалидов, так как самостоятельно ухаживать за Эрнстом не было возможности.

- С ним нужно было все время находится рядом. Он не разговаривал и не осознавал, что может себе навредить. Я боялась, что он заберется на подоконник и упадет оттуда или опрокинет на кухне на себя чайник и обожжется кипятком. Не понимал и не осознавал, что делает. Поэтому я вынужденно определила сына в интернат, - вспоминает мама Эрнста

Так Эрнст Гайфуллин оказался в стенах Серафимовского интерната для умственно отсталых детей-инвалидов. Мама часто забирала сына домой, хотя даже привезти его в Уфу было непросто, приходилось нанимать такси.

СООБЩЕНИЕ О СМЕРТИ

В конце 2021 года Раиса вновь привезла своего сына в интернат и долгое время не имела возможности его посещать. В то время учреждение часто закрывали на карантин из-за коронавируса, и к детям родных не пускали.

День 26 января 2022 года полностью перевернул всю жизнь Раисы. Ближе к вечеру ей позвонили из интерната и сообщили о смерти Эрнста. Женщина сразу же отправилась из Уфы в село Серафимовский Туймазинского района. Материнское сердце чувствовало, что ее мальчик скончался вовсе не случайно.

- Мне сказали, что он умер от эпилептического приступа, хотя на тот момент их давно купировали. С сыном в Москве и Тюмени работали лучшие профессора медицины, назначили лекарство, которое он постоянно принимал. Оно было обнаружено в крови. А вот препаратов, которые используют при реанимации, того же адреналина, там не оказалось. Хотя фельдшеры скорой помощи утверждали, что кололи. Я считаю, что они так сказали, чтобы скрыть факт убийства моего ребенка, - уверена Раиса.

Мама полюбила Эрнеста с первого взгляда и всем сердцем. До своего 13-летия мальчик не дожил всего месяц. Фото: личный архив героини публикации

По словам безутешной матери, она до сих пор не может понять, что же на самом деле произошло. Сейчас она обвиняет руководство интерната, сотрудников Следкома по Туймазинскому району, фельдшеров скорой помощи в сокрытии преступления. В доказательство этой версии она приводит результаты экспертизы, которую делали в Бюро в Санкт-Петербурге, где проводят такие исследования под контролем Следственного комитета России.

- Ребенка обнаружили около половины третьего дня, а в отчете написано, что смерть констатировали в 16:25. Медики скорой помощи говорили, что он был уже холодный. Что на теле были пятна, который проявляются минимум через несколько часов после смерти, - говорит Раиса.

Сейчас в суде рассматривается уголовное дело о халатности сиделки, которая в тот день должна была ухаживать за беспомощным ребенком. Как вспоминает мать, поначалу правоохранительные органы не нашли состава преступления в ее действиях. Лишь после того, как Раиса вместе со своим адвокатом попали на личный прием к тогдашнему руководителю Следкома по Башкирии Денису Чернятьеву, было возбуждено уголовное дело.

В итоге расследование обстоятельств смерти Эрнста продвигалось очень медленно, а осенью 2022 года его и вовсе закрыли. К тому моменту на руках у следствия были результаты двух экспертиз, противоречащих друг другу. Одну из них, повторную, проводили 17 мая все того же 2022 года, уже после эксгумации останков ребенка. На тот момент в могиле он пролежал чуть менее пяти месяцев.

- В первой экспертизе написали, что у Эрнста был перелом ребер, как будто следы от якобы проводимых реанимационных действий. При повторной же экспертизе эти ребра чудесным образом оказались целыми. На шее у него была странгуляционная борозда, ее происхождение объяснил в Бюро в Санкт-Петербурге профессор, проводивший экспертизу: это была закрытая тупая травма, ему сломали щитовидный хрящ (ребенок погиб «от однократного сдавления шеи тупым гибким предметом», как дословно следует из отчета). И таких противоположных выводов было множество. Все эти годы я с помощью адвоката и, основываясь на выводах экспертов, настоящих профессионалов судебной медицины, пытаюсь доказать убийство моего сына, - горько вздыхает Раиса Гайфуллина.

12-летний Эрнест Гайфуллин был обнаружен мертвым 26 января 2022 года. Его мама считает, что обстоятельства смерти ребенка пытались от нее скрыть. Фото: личный архив героини публикации

«ЗАЧЕМ ТАК СДЕЛАЛА, НЕ ЗНАЮ»

По версии самой матери, беспомощного мальчика задушила сиделка, которая должна была за ним ухаживать. В своих показаниях женщина заявляла, что привязала мальчика к санитарному стулу простыней, чтобы самой пойти в туалет. Специалисты называют это «мягкая фиксация», и такое действительно бывает – так обездвиживают некоторых детей-инвалидов, чтобы они не упали, например.

По версии сиделки, она вернулась буквально через пять минут и нашла 12-летнего Эрнста на полу без признаков жизни. Якобы мальчик сполз вниз с унитаза, простынь сдавила горло, и он задохнулся под весом собственного тела.

- О ее мотивах, зачем так сделала, я не знаю. Я общалась с теперь уже бывшими сотрудниками интерната, неравнодушными людьми. Это и медсестры, и сиделки. Они мне сказали, причем по секрету, что она периодически выпивала и даже на работу в нетрезвом состоянии приходила, агрессивная была. Хочу отметить, что официально никто этого озвучивать не соглашается. Почему ее покрывают теперь уже бывший директор интерната, его заместитель, которая сейчас занимает пост директора, и даже следователи и эксперт, который первую экспертизу делал, я не знаю. Когда впервые возбудили уголовное дело, с меня взяли подписку о неразглашении. Когда10 октября 2023 года дело было закрыто, я решила, что и обязательств молчать у меня больше нет. Мы с адвокатом приняли решение обратиться в СМИ, - говорит Раиса Гайфуллина. - У меня вопрос: кому выгодно скрывать жестокое убийство беззащитного больного ребенка и откровенно защищать убийц от меня - мамы?

Помимо обвинений в сокрытии обстоятельств смерти ребенка в стенах интерната, женщина заявляет, что ее сын голодал, это, по ее словам, подтверждается гистологическими исследованиями, обнаружившие дистрофия печени с почками и малокровие. Раиса также утверждает, что у ее сына обманом похитили часть пенсии по инвалидности – на основании умышленного искажения официальных документов, подделки ее подписи, оформления фиктивных заявлений и доверенностей на управление средствами ребенка. Подложность документов доказана экспертами МВД Башкирии. Женщина подавала несколько запросов в Социальный фонд, где не смогли объяснить, куда делись выплаты за 2014-2016 годы. Каждое свое слово, сказанное в адрес учреждения, в стенах которого скончался ее сын, она готова доказать и таким образом помочь следствию.

ЗАТЯНУВШЕЕСЯ РАССЛЕДОВАНИЕ

На днях Раиса записала видеообращение в адрес председателя Следственного комитета России Александра Бастрыкина, где изложила содержание множества отписок и противоречивых показаний свидетелей трагедии. Она попросила главу ведомства взять на контроль дело, которое длится уже более трех лет.

На фото: тот самый Серафимовский дом-интернат, в стенах которого скончался Эрнест. Фото: ok.ru/serafimdd

Безутешная мать рассказала, как на протяжении всего этого времени дело то отказывались возбуждать, то закрывали за отсутствием состава преступления, то вновь возобновляли расследование.

Адвокат Раисы Нияз Мансуров в разговоре с «КП-Уфа» пояснил, чего именно они добиваются сейчас.

Адвокат потерпевшей Нияз Мансуров намерен добиться объективного расследования

- Мы хотим, чтобы дело было направлено на новое расследование. В настоящее время оно «расчленено» на несколько частей. Дело в том, что у него были следы побоев на теле и в отношении бывшего директора возбудили дело о халатности. Я хочу, чтобы все это объединили и направили в суд, - заявил адвокат Нияз Мансуров. – С нашей позицией ознакомился руководитель СК по Башкирии Архангельский. Он якобы не согласился с ней. В приемной Бастрыкина нам ответили, что уголовное дело рассматривается в суде. А нам нужно, чтобы было проведено дополнительное расследование.

Со дня смерти 12-летнего Эрнеста Гайфуллина прошло уже больше трех лет. Фото: личный архив героев публикации

ОФИЦИАЛЬНО

В информационном центре Следственного комитета России видеообращение Раисы Гайфуллиной «приняли к рассмотрению». В ведомстве сообщили, что дело о смерти Эрнста находилось в производстве отдела по расследованию особо важных дел, связанных с медицинской сферой. В оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности и повлекших по неосторожности смерть человека, обвиняют ту самую сиделку.

- В настоящее время идет судебное следствие. В случае несогласия с ходом и результатами рассмотрения уголовного дела в суде вы имеете право подачи соответствующих ходатайств, а также право апелляционного обжалования приговора суда, - говорится в ответе СК России.

В ведомстве также добавили, что на данный момент идет расследование по второму уголовному делу. На этот раз о халатности руководства интерната.

- В ходе расследования, все заявленные вами доводы будут рассмотрены, и виновным лицам будет дана надлежащая уголовно-правовая оценка, - написали в пресс-центре СКР.

После публикации видеообращения, председатель СКР Александр Бастрыкин поручил провести проверку озвученных в нем доводов.