Пять самых ярких зашифрованных образов в песнях Бориса Гребенщикова

Борис Гребенщиков

«Государыня» и вера

Всего лишь две строки песни каждый может растолковать по-своему. В этом и ценность скрытых смыслов. Однако особенно дотошное изучение творчества может подсказать правильные «коды и шифры». Примером могут стать строки из песни «Государыня»:

«Сколько лет

Шили по снегу серебром

Боясь прикоснуть кислотой...»

Поклонники развернули целую дискуссию. Кто-то предположил, что «снег» — это кокаин, «кислота» — LSD, а серебро — зеркало, на котором наркотики делят на дорожки. Другой подумал, что песня о России советской и постсоветской: мол, «шить по снегу серебром» — восхвалять страну, а «кислота» — поливание страны грязью, которое началось после перестройки. Третий вспомнил, что серебро и золото используют для изготовления окладов икон, а кислоту — для травления металла, чтобы на лезвии ножа проступил рисунок. То есть серебро — любовь и вера, кислота — убийство. А вместе вспомнили: сам Будда говорил, что его учение нужно оценивать как ювелиру, покупающему золото на рынке — плавить, поливать кислотой и смотреть, что получится. Только тогда станет ясно, что это настоящее золото и его можно брать, а веру настоящую принимать. А у нас серебро «боялись прикоснуть кислотой», то есть верили на слово православию. Не только в «Государыне» вера прячется под серебром: ключ к этой аллегории лежит на поверхности в песне «Серебро Господа моего».

«Лошадь белая» и душа

«Лошадь белая на траве

Далеко ушла в поле

Дома упряжь вся в серебре

А ей нужно лишь воли.

Конюх сбился с ног - да что с тобой?

Целый день звонит, пишет

А она трясет гривой

И как будто б не слышит.

Твердая земля да долгий путь

Из огня в полымя

Много кто хотел ее вернуть

Ни один не знал имя».

Лошадь белая олицетворяет человеческую душу, об этом говорят строки «Ни один не знал [ее] имя». Эти слова отсылают к «Откровению Иисуса Христа», в котором говорится: имя каждой человеческой души не знает никто, кроме Создателя: «Побеждающему дам... белый камень и на камне написанное новое имя, которого никто не знает, кроме того, кто получает». Душа человека, как белая лошадь в песне, своенравна и не хочет прислушиваться к голосу мудрости — конюху. Он напоминает ей, что «дома упряжь в серебре». Но серебро в творчестве Гребенщикова обозначает вовсе не достаток, как мы уже знаем, а веру. Так что конюх выступает в роли пастыря (такая вот игра слов), призывающего душу вернуться к Богу. А лошадь «как будто не слышит»... При всем при этом «Белый конь» и «Белая», встречающиеся в песнях «Аквариума» олицетворяют в себе уже совсем другие образы.

«День радости» и Апокалипсис

«Когда то, что мы сделали выйдет без печали из наших рук Когда семь разойдутся чтобы не смотреть кто войдёт в круг Когда белый конь узнает своих подруг Это значит день радости.

Когда звезда-можжевельник ляжет перед нами во сне Когда в камнях будет сказано то, что было сказано мне Тогда над белым холмом будет место звериной луне Это значит день радости».

Про имя на камнях мы уже говорили выше: «Когда в камнях будет сказано то, что было сказано мне» — души узнают свои истинные имена. А вот белый конь здесь олицетворяет коня Всадника Апокалипсиса — он признает своих подруг, трех других лошадей Апокалипсиса. И наступит День радости — день бессмертия, ведь «Бог есть свет и в Нем нет никакой тьмы». «День Господень велик и славен. Писание знает этот день — без вечера, без другого дня, без конца; псалмопевец назвал его днем восьмым, ибо он вне седмеричного времени». Возможно, поэтому «семь разойдутся», ведь на смену им пришел восьмой, окончательный и бесконечный, День радости. По другому предположению, это семь ангелов расходятся, чтобы прпоустить в круг человеческую душу: ведь пришла пора оценить ее деяния на земле, а чтобы суждения были не предвзяты, ангелы, подобно Фемиде с завязанными глазами, не смотрят на того, кто войдет в круг.

«Лилит» и Белая богиня

Альбом «Лилит» по словам Бориса Гребенщикова посвящен любимой женщине и Великой Богине. У нее, как и у мифологической Лилит, множество воплощений и образов. Чаще всего поклонники приходят к мысли о Белой богине Роберта Грейвса — олицетворении вдохновенной поэзии под влиянием Луны. О ней песня «Белая»:

«Белая как выпавший снег Белая как темная ночь Белая как сакура весной Милосердная, но не может помочь Белая как сибирский мел Белая как нетронутый лист Я отдал тебе все что имел Теперь я черный как трубочист...» Строки «Я учусь у Луны, я сам себе господин», вероятно, тоже посвящены ей.

«Аделаида» и Гиперборея

«Ветер, туман и снег. Мы - одни в этом доме. Не бойся стука в окно - это ко мне, Это северный ветер, мы у него в ладонях. Но северный ветер - мой друг, Он хранит все, что скрыто. Он сделает так, Что небо будет свободным от туч Там, где взойдет звезда Аделаида...»

«Аделаида» — одна из самых известных и популярных песен группы «Аквариум». И именно там встречаются некоторые любимые автором символы: часто встречаются у Гребенщикова север и ветер. Многие сходятся во мнении, что все это ведет к Гиперборее — родине загадочной русской души, наших сказок и нашего языка. «Северный ветер мой друг, он хранит то, что скрыто», а «звезда Аделаида» укажет, где искать легендарный мир. «Ключ к Северу лежит там, где никто не ищет» — эта подсказка уже из другой песни, также ассоциирующейся с Гипербореей. Вороника — это северная ягода, темная, «вороная». Она и есть «Северный цвет». Вот только отчего же она «на крыльце»?

«Вороника на крыльце. В доме спит зверь, в доме ждет ангел. В доме далеко до утра. Вороника на крыльце, она по ту сторону стекла. И я бы открыл ей, если бы я знал, где здесь дверь...

Список кораблей никто не прочтет до конца; кому это нужно, увидеть там свои имена? Мы шли туда, где стена, туда, где должна быть стена, Но там только утро и тени твоего лица.

Оторвись от земли, Северный цвет. Ты знаешь, как должно быть в конце...»

«В доме спит зверь, в доме ждет ангел» — словно в душе человека, где живут и ангел, и демон. А на крыльце этого дома — Бог. «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною». Получается, что путь на Север, к Северному цвету, к Гиперборее, равен пути к Богу. А Он, как известно, в сердце, «ключ к северу ждет между биениями сердца».