Жительница Башкирии отбивала чечетку на столе Гитлера, а Жукова называла «батей»

Анна Хасанова выросла в Башкирии, в семье, которая ничем не отличалась от других. Три младших брата и она за старшую.

- Мне с мальчишками было интереснее: они меня и драться учили, и по деревьям лазить, - с улыбкой рассказывает Анна Васильевна. - Потом это мне на войне пригодилось.

Ее постоянно выгоняли с уроков, мальчишки не обижали. Она с легкостью находила общий язык с людьми любого возраста. Даже маршал Жуков попросил санитарку Хасанову, чтобы она его «батей» звала.

В 17 лет ее детство закончилось. Юная Анна Хасанова сбежала на фронт, добавив в возрасте три года.

- Мама, конечно, расстроилась, но ничего не могла сделать, - рассказывает ветеран.

Рядовая Хасанова приняла присягу и тут же была направлена санитаркой в 53 медсанбат 114 минометно-артиллерийского полка. Работы было много. Раненых приходилось вытаскивать с поля боя под свист пуль и разрывы снарядов.

- Я была на поле боя, по нам стрелял пулеметный расчет, я говорю парню: «Пригнись! Голову не поднимай!», он не послушал и погиб. Пуля попала в голову, - с горечью говорит Анна Васильевна.

Однажды к ним в госпиталь пришел будущий маршал Жуков. Из всего личного состава только Анне Васильевне разрешил называть себя «батей».

- Я к нему забежала, чтоб доложиться, и говорю: «Товарищ генерал-полковник!», и тут он меня прерывает резко: «Ты меня можешь звать просто батей»!

Анна Васильевна рассказывает, что на фронте ей пришлось побывать не только санитаркой, но и поучаствовать в настоящей разведывательной операции в Сталинграде.

- Ко мне подходит старший по званию и говорит: «Хасанова! В разведку пойдешь?», а я возьми и согласись, - с улыбкой говорит ветеран.

Ей выдали платье, дали «тормозок» с хлебом и молоком, даже позволили накраситься, что не по уставу, и отправили в город. На посту у немецкого офицера теперь уже разведчица Аня никаких подозрений не вызвала. Боевая задача - встретиться с партизаном, который должен был доложить о количестве сил врага. Дедушка, ожидавший матерого чекиста, удивился хрупкой девушке.

- Записывать ничего нельзя было. Дедушка предупредил, что я все должна запомнить. Он показывал на карте, где какая техника находится, ее количество. Он меня раз десять заставлял все пересказывать, чтоб ничего не перепутала и не забыла.

И вот Берлин 45-го. В мае погода на улице стояла теплая. Наши солдаты нашли бункер Гитлера.

- На радостях наши ребятушки вытащили оттуда большой деревянный стол, - рассказывает Анна Хасанова. - Сказали, что за ним сам Гитлер сидел. И тут я говорю: а давайте танцевать! Запрыгнула на стол и ну чечетку отплясывать! Дело-то нехитрое!