Главный судебный пристав Башкирии: Отец прочил мне карьеру пастуха, а я стал юристом

_

Фото: Тимур ШАРИПКУЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Зариф Закирович, много ли у нас должников и сколько с них взыскано?

- За прошлый год мы взыскали более 9 миллиардов рублей, это порядка 600 тысяч исполненных судебных реше­ний и актов специально уполномо­ченных органов. В бюджет страны взыска­но более трех миллиардов рублей, из них в бюджет ре­спублики — 845 миллионов, в муниципальные бюджеты — 204 миллиона рублей.

- В кризис, наверное, рабо­ты с алиментщиками невпро­ворот…

- В 2015 году у нас на ис­полнении находились более 51 тысячи исполнительных производств о взыскании алиментов. К концу года ко­личество должников удалось сократить до 25 тысяч.

Если должники злостно уклоняются от уплаты али­ментов, судебные приставы таких горе-отцов и матерей привлекают к уголовной от­ветственности. За прошлый год было возбуждено более 2 тысяч уголовных дел.

Активно используем и не­традиционные методы: долж­ников мы, например, водим в мечети и церкви, там с ними работают священнослужите­ли. Что интересно, есть ре­зультат: некоторые возвраща­ются в свои семьи!

- Как же удалось сократить количество должников по али­ментам?

- С 15 января вступил в силу федеральный закон. Теперь, если нерадивый родитель за­должал ребенку более 10 ты­сяч рублей, судебный пристав может ограничить его в води­тельских правах.

Удостоверение не изымает­ся, но управлять транспорт­ным средством все равно нельзя – сведения об огра­ничении попадают в базу ГИБДД.

Если после ограничения должник попадется за рулем, то его могут наказать: напри­мер, обязательными работами до 50 часов или лишением во­дительского удостоверения на 1 год. Снимается ограничение сразу при погашении долга.

Данная мера не касается тех, кто работает водителем, является инвалидом и тех, у кого на иждивении находится инвалид первой или второй группы либо ребенок-инва­лид.

- И как – эффективная штука?

- С начала года мы ограни­чили в водительских правах 2900 граждан, алиментщиков среди них оказалось порядка 70 процентов, мы взыскали с них более 5 миллионов ру­блей. Своеобразный рекорд побил отец, задолжавший своему ребенку почти 400 тысяч рублей – после огра­ничения он долг оплатил, а ведь не выплачивал алимен­ты годами!

Увы, таких много. Букваль­но на днях в Чишминском районе был такой случай. Алиментщик был в бегах, его нашли. А когда объяви­ли, что он будет ограничен в водительских правах, он за­кричал, что покончит жизнь самоубийством, и пытался убежать через окно. А там первый этаж! Поймали, ко­нечно, обратно в отдел при­вели, побеседовали. И всего через три часа он принес 120 тысяч рублей, которые задол­жал своей дочери.

- Где можно узнать, числит­ся ли за жителем республики какой-либо долг?

- Всю информацию о дол­гах гражданина можно найти в открытом доступе на сай­те Управления r02.fssprus.ru в банке данных исполни­тельных производств. Луч­ше проверять, с кем имеешь дело. Типичный пример: де­вушка с парнем назначили день свадьбы. Он поехал в Казахстан за родителями, а его не выпустили на грани­це. Выяснилось, что жених два года находится в розыске, бросил жену с двумя детьми. Конечно, никакой свадьбы не было.

_

Фото: Тимур ШАРИПКУЛОВ. Перейти в Фотобанк КП

«ТЯЖЕЛЕЕ ВСЕГО ОТБИРАТЬ У РОДИТЕЛЯ РЕБЕНКА»

- Нет имущества - это един­ственный случай, когда при­ставы не могут исполнить су­дебное решение?

- Как правило. Но быва­ют и курьезные постановле­ния: запретить лаять собаке в ночное время. Как пристав должен собаку убеждать? Непонятно. Тяжелее всего, конечно, отбирать ребенка у одного из родителей, что­бы после развода передать на воспитание другому. Был недавно такой случай: у ре­бенка плач, истерика - ни в какую не хочет уходить от отца. Пришлось привлекать психологов, специалистов — ребенок тоже человек. В силу особенности детской психи­ки, когда она еще не сфор­мировалась, неосторожными действиями можно нанести ребенку психическую трав­му, которая останется на всю жизнь.

ОЧЕНЬ ЛИЧНОЕ

«Меня и кипятком обливали, и с топором кидались»

- Как начиналась ваша ка­рьера?

- Я в службе – 28 лет. Но приставом работал не всег­да. В 1988 году после демоби­лизации из рядов Советской Армии поступил на службу в Кировский районный суд Уфы простым судебным ис­полнителем. Проработал 8 лет, затем еще 5 – судьей в Калининском суде, 4 года — заместителем руководителя Управления Минюста РФ по РБ. И вот уже 15 лет руково­жу службой приставов в ре­спублике. О работе судебного пристава могу рассказывать целыми днями. Если бы мог снова жизнь начать, все равно бы приставом стал.

- Каким должен быть хоро­ший пристав?

- Прежде всего, любить свою работу. Как сказал из­вестный российский юрист Вениамин Яковлев, судебный пристав должен быть блестя­щим юристом, хорошим эко­номистом и спецназовцем. И никуда не денешься: ког­да дело касается взыскания зарплаты, мы должны уметь разобраться в бухгалтерских документах и в банковском деле. Когда же пристав при­ходит взыскивать долг, ему, как правило, не рады – иму­щество свое отдавать никто не хочет. Меня, бывало, и ки­пятком обливали, и с топором кидались, и с ножом. Всякое бывало. У нас ведь и график ненормированный. Многие не выдерживают, уходят.

Зариф Байгускаров с сыном – настоящие джигиты!

«ИЗ-ЗА РАБОТЫ ОПОЗДАЛ НА СОБСТВЕННУЮ СВАДЬБУ»

- Вы выросли в деревне?

- Мой отец был простым деревенским пастухом. Бы­вало, если падет корова или лошадь, ему по полгода не давали зарплату – дескать, его вина. Я помню, как нам тяжело жилось, нечем было кормить детей – нас пятеро в семье. И мне было очень обидно за него, хотелось справедливости. Тогда я и понял, что стану юристом. Вернулся из армии, отец мне говорит, дескать, есть место пастуха в колхозе – согла­шайся, будем вместе пасти. Я ответил, что хочу в Уфе попробовать работу найти, а сам тайно ото всех стал гото­виться к экзаменам на юрфак в БГУ. Жил в общежитии у знакомых, спал на полу. И ведь поступил!

- У вас большая семья?

- У меня двое детей, учат­ся в 39-й гимназии. Сыну летом будет десять, но уже профессию себе наметил – хочет стать военным или по­лицейским. Старшая дочка на фортепиано играет, очень хо­рошо поет, часто принимает участие на республиканских концертах. У нее в маму та­лант – супруга уже 25 лет ру­ководит детским телеканалом «Тамыр».

С женой мы познакоми­лись совершенно случайно. Я тогда был судьей, заехал после работы за приятелем в ДК «Нефтяник». Он вы­шел, с ним две девушки вы­порхнули, одна из них и была Гульназ. Мы дружили около двух лет.. А в день свадьбы у нас вышел курьез: накануне я просидел над сложным делом до самой ночи. Рано утром снова в суд убежал – доде­лывать. И так засиделся, что на никах не успел – вместо меня брата на обряд посади­ли. На регистрацию чуть не опоздал - за пять минут до начала прибежал.

- На отдых-то все вместе выбираетесь?

- Я вообще отдыхаю ред­ко – отпуска накопилось на целый год. На море лежать не могу – скучно. Семьей в Турции отдыхали, так я сбе­жал через три дня – не могу без дела. А родной Кугарчин­ский район люблю: когда есть возможность, ходим с сыном на охоту, он меня все на мед­ведя зовет. Мишку мне жал­ко стрелять, а вот кабана взял как-то раз.

Не упускаю возможности проехать верхом – я, можно сказать, вырос на лошади. В детстве так натренировал­ся, что мог на скаку с земли предмет достать, как джигит в цирке.

В этом году повез детей в санаторий Карагай в Мечет­линском районе, пошли мы на лошадках покататься. У дочери упала шапка, ну, ду­маю, вспомню детство – под­ниму ее сходу. Не тут-то было: дернул резко, лошадь упала, тут же вскочила и убежала. Я чудом отпрыгнуть успел. Де­ти до сих пор со смехом тот случай вспоминают.