Мифы и рифы
Мнения известных в республике людей с удовольствием печатают СМИ, рядовые граждане сами их высказывают, используя преимущественно интернет-ресурсы.
Мнение может оставаться частным до тех пор, пока лицо, высказавшее его, не наденет погоны. В этом случае оно приобретает статус точки зрения, высказанной официальным лицом.
В этой публикации – подборка таких высказываний, по поводу которых у нас есть свое мнение.
«На «Соде» работает оборудование 40-х годов»
- Действительно, летом 1945 года на Бернбургском содовом заводе «Дойче Сольвэ Верке» начался демонтаж оборудования для содового завода в Стерлитамаке. В 1950 году монтажники приступили к установке оборудования в основных цехах. Содовики бережно хранят память о тех годах. Фотографии оборудования, поступившего из Германии в счет репараций, в архивах Музея трудовой славы предприятия.
В ноябре текущего года производство кальцинированной соды отметит 60-летний юбилей.
Работать на оборудовании 40-х годов и оставаться лидером по производству кальцсоды в России невозможно в принципе. Напомним, что стерлитамакская «Сода» является крупнейшим производителем кальцинированной соды в России, единственным в стране производителем бикарбоната натрия, а в мировом рейтинге производителей кальцсоды предприятие занимает 7-е место.
На «Соде» постоянно внедряются современные технологии и мероприятия экологической направленности, например: на производстве кальцинированной соды - установка вакуумных ленточных фильт-ров, модернизированного колонного оборудования, автоматизация системы управления технологическими процессами и материальными потоками производства. За последние пять лет по инвестиционной программе освоено более 3 млрд. 350 млн. рублей.
По среднесрочной инвестиционной программе до 2016 года на реконструкцию планируется выделить более 9 млрд. рублей.
«…жадные и ненасытные капиталистические акулы хотят поживиться природным богатством республики и превратить ее в страну третьего мира наподобие африканских или латиноамериканских стран»
«…нужно, чтобы собственники компенсировали разработку для жителей города и района, просто им наплевать на нас, жителей города и окрестностей, они же в Москве живут, на Кремль любуются. Нужно заставить сделать что-то и для других»
- Контрольный пакет акций ОАО «Сода» находится в собственности Республики Башкортостан (более 60%). Предприятие ежегодно выплачивает дивиденды по итогам финансово-хозяйственной деятельности. За последние три года в республиканский бюджет на выполнение социальных программ «Содой» перечислено около 8 млрд. рублей дивидендов. Дальнейшие комментарии излишни.
«жить на 8-10 тысяч рублей в месяц, работая по сменам и во вредных производствах, невозможно»
- Конечно, невозможно. Поэтому зарплата у рабочих на «Соде» в зависимости от квалификации от 13 до 27 тысяч рублей.
«Зачем нужны топ-менеджеры, которые не могут за два года перепрофилировать производство? Кроме известняка, заняться нечем?»
- Примеры, когда военные заводы начинали выпускать надувные матрасы и детские игрушки, есть. Речь о перепрофилировании «Соды» не может идти в принципе: во-первых, на предприятии все оборудовано только для производства кальцинированной соды; во-вторых, перепрофилирование приведет к проблемам развития большого количества стратегически важных для страны отраслей, которые потребляют кальцинированную соду (стекольная промышленность, металлургия, химическая промышленность, целлюлозно-бумажный комплекс и многие другие). О роли крупнейшего производителя кальцинированной соды в РБ и России предельно ясно высказался Рустэм Хамитов (интервью «Новым известиям» от 5 октября): «По соде держим свыше 60–70% рынка страны. Без соды вообще ничего невозможно производить – ни стекло, ни металлы, ничего». Пока еще держим…
«чтобы подняться на вершину Тра-тау, туристы приезжают со всего мира»
- Подняться на вершину Тра-тау стремятся почти все гости Стерлитамака. О том, чтобы в город на Стерле специально ради Тра-тау приезжали туристы со всего мира, слыхом не слыхивали ни горожане, ни сами туристы со всего мира.
«По словам местных педагогов, в Ишимбае около 100 образовательных учреждений, которые могли бы проводить у горы Тра-тау интегрированные уроки, например, по биологии. Ведь в этих местах насчитывается до 100 видов растений, из которых часть занесена в Красную книгу Башкортостана. А еще можно создать площадку для развития туризма».
- Странно, что за все время существования Ишимбая преподаватели местных образовательных учреждений так и не начали проводить у горы Тра-тау интегрированные уроки, например, по биологии. Могли бы, но все никак руки не доходят. Или ноги. Ажиотаж в Ишимбае по поводу Тра-тау начался в последние год-два.
Интегрированные уроки, в том числе по биологии, можно с успехом проводить в Палеонтологическом музее окаменевших организмов тропического рифа пермского периода палеозоя - музее камня на известняковом карьере (кстати, музей был создан при поддержке ОАО «Сода»). В августе 2007 года в рамках Международного конгресса по ископаемым кораллам и губкам этот музей посетили ученые из Канады, Швейцарии, Австралии, Японии, Германии, в июле 2011 года - участники Международной научной конференции «Биостратиграфия, палеогеография и события в девоне и нижнем карбоне» из Чехии, Швейцарии, Великобритании, Китая, Италии, Франции. В музее камня рады не только иностранным делегациям: школьники и студенты Стерлитамака и других городов республики (в том числе и Ишимбая) и России – желанные гости (экскурсии, естественно, бесплатные).
Что касается площадки для развития туризма – она уже есть. Только чуть дальше, на горе Куш-тау. Есть и еще один преинтересный факт: против каждого рубля, заработанного в туризме, реальные секторы экономики дают 15 – 17 рублей.
«Новый завод за полгода можно построить»
- Можно за год. Если это завод по производству шлакоблоков, и то при условии малых затрат. Аналог «Соде» будет возводиться как минимум десять лет.
Согласно отчету Всесоюзной геологоразведочной конторы «Геохимразведка» Наркомата химической промышленности СССР от 1940 года при выборе места под строительство содового завода учитывалось наличие достаточного количества полезных ископаемых (известняк, каменная соль, цементная глина) и водных ресурсов, необходимых для производства кальцинированной соды и цемента. Главхимпром СССР своим решением от 22 июня 1939 года утвердил площадку для строительства большого содового завода в районе Стерлитамака с учетом того, что в рядом расположенных горах-одиночках (шиханах) сосредоточены огромные запасы высококачественных известняков. 10 ноября 1951 (!) года цехом кальцинации были выработаны первые 17 тонн кальцинированной соды.
«…многие заводы работают на привозном сырье. Просто себестоимость больше будет, значит, прибыль чуть меньше».
- Многие заводы действительно работают на привозном сырье. Но «Сода» не может себе этого позволить. Если себестоимость продукции возрастет, «Сода» не сможет конкурировать с зарубежными производителями – рынок кальцсоды очень чутко реагирует на изменение цены. О том, что кальцинированная сода является для России стратегическим продуктом, забывать нельзя.
«С Тра-тау можно взять всего 7 млн. тонн известняка»
- Геологоразведка Тра-тау на глубину 20 м выявила запасы известняка в 7 млн. тонн. Открытая часть горы (280 м над уровнем почвы) содержит в себе 240 млн. тонн. Если уйти вглубь, получится порядка 600 млн. тонн.
«…Шах-тау можно разрабатывать вглубь, просто вложиться надо»
- В 1994-2002 годах силами ОАО «Башкиргеология» было выявлено, что известняки месторождения Шах-тау, расположенные ниже уровня земной поверхности, залегают в неблагоприятных гидрогеологических условиях со значительным водопритоком подземных вод. Поэтому существует реальная угроза прорыва в карьер вод рек Селеука и Белой, что грозит техногенной катастрофой и полной остановкой предприятий «Сода», «Сырьевая компания», «Строительные материалы».
«Соде» вполне сгодится Каранское месторождение».
- Действительно, Башнедра в качестве альтернативных источников известняков предлагают «Соде» Каранское месторождение в Гафурийском районе. Однако запасы известняка Каранского месторождения не утверждены Государственной комиссией по запасам и по состоянию на сегодняшний день не состоят в нераспределенном фонде Государственного баланса запасов полезных ископаемых РФ по карбонатному сырью для химической промышленности. Ключевые слова – «не состоят в нераспределенном фонде», т.е. Каранское месторождение самими госорганами не рассматривается в качестве сырья.
«В правительстве же сказали, что Юрак-тау и Тра-тау не подходят именно по качеству известняка!»
- Мало кто знает о том, что в 1956 году была выполнена детальная разведка известняков южной части Тра-тау для Карламанского сахарного завода, в результате которой запасы горы были «закреплены» за сахарной промышленностью. Кстати, в то время Тра-тау активно разрабатывалась и использовалась для нужд не только Карламанского сахарного завода, но и Ишимбайского лесозавода, алебастрового завода. И по отчетам геологоразведочных работ качественные характеристики известняков горы Тра-тау близки к характеристикам известняков Шах-тау.
В 1957 году разведанные запасы известняков Юрак-тау «закрепили» за Стерлитамакским цементным заводом. В 1966-68 гг. на месторождении даже велась добыча известняков для производства щебня для ремонта автомобильных дорог!
Если есть документальное подтверждение тому, что Юрак-тау годится для цементного завода, а для цементного завода нужна только мелкая фракция известняка (крупная – для производства кальцинированной соды), то почему Юрак-тау непригодна для «Соды»? Т.е. Шах-тау, значит, годится для содового и цементного заводов, а Юрак-тау только для цементного? Логика где?
Прежде чем обвинять «Соду» в посягательстве на памятники природы, вспомним, что Тра-тау и Юрактау уже были источниками сырья для разных заводов: сахарного, алебастрового и лесозавода.
Все просто: изначально все стерлитамакские шиханы рассматривались как источники сырья. Поэтому и было принято решение о строительстве самого крупного содового завода в СССР именно в Стерлитамаке.
КСТАТИ
В 60-е годы гора Тра-тау активно разрабатывалась и использовалась для нужд Карламанского сахарного завода, ишимбайского лесозавода и алебастрового завода.
На правах рекламы.